| 
  • If you are citizen of an European Union member nation, you may not use this service unless you are at least 16 years old.

  • Social distancing? Try a better way to work remotely on your online files. Dokkio, a new product from PBworks, can help your team find, organize, and collaborate on your Drive, Gmail, Dropbox, Box, and Slack files. Sign up for free.

View
 

Глава 20

Page history last edited by PBworks 13 years, 3 months ago

МОЖНО ЛИ СТАТЬ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫМ СУПЕРМЕНОМ?

 Нужно, как то свойственно сильным, отдавать предпочтение вопросам, которые никто не осмеливается ставить; необходимо мужество, чтобы вступить в область запретного... и новые уши для новой музыки... новая совесть, чтобы расслышать истины, прежде немотствовавшие.

Фридрих Ницше

 

НА ПОРОГЕ СОЗДАНИЯ ТЕОРИИ УЛУЧШЕНИЯ РАБОТЫ УМА

Наше извилистое путешествие сквозь множество пестрых и порою нелегких глав может вызвать у читателя недоумение: в чем главная идея книги? Ответ мы получим в этой главе, которая представляет собой нервный центр работы, ее интеллектуальное ядро. Подобно развязке детективного романа, она призвана расставить все по местам и превратить запутанную мозаику фактов в целостную и четкую картину.

Диоинформация — это любая информация, представленная в форме одной или нескольких диосцен. Обобщая формулу, приведенную в гл. 19, можно записать:

Диоинформация=Словесный текст+Формулы+Изображения

В основе книги лежит гипотеза о максимизации мозговой продуктивности. Из нее вытекает принцип эргономизации диоинформации, который гласит: чтобы улучшить работу ума, необходимо улучшить когнитивное качество диоинформации, эргономизировать ее. При проектировании диосцен необходимо, в частности, заботиться о том, чтобы представить заданное смысловое содержание с помощью оптимального сочетания эргономичного текста, эргономичных формул и эргономичных изображений (статичных и динамических).

Стремясь найти свидетельства в поддержку названного принципа, мы представили на суд читателя несколько примеров эргономизации диоинформации:

  • язык ДРАКОН;
  • примеры эргономизации логики;
  • примеры эргономизации математики;
  • примеры эргономизации рисунков (метод “Когнитивный стиль” CogniStyle).

Этот перечень можно продолжить. При участии автора разработана технология эргономизации учебников и учебных пособий, предназначенная для создания эргономичных (электронных и бумажных) альбомов графических схем (так называемых схемокурсов) по гуманитарным дисциплинам: философии, экономике, психологии, культурологии, социологии, истории, юридическим наукам и т. д. В ближайшее время первые учебные пособия, разработанные по этой технологии, выйдут в свет и, как предполагается, начнется их экспериментальная отработка в реальном учебном процессе.

Опираясь на эти и другие примеры, мы предположили, что:

До сих пор мы доказывали это утверждение на примерах, т. е. индуктивным методом. А нельзя ли дополнить индуктивное доказательство дедуктивным? Нельзя ли построить общую теорию интенсификации интеллекта, из которой принцип эргономизации и принцип максимизации мозговой продуктивности вытекают как логическое следствие?

 

ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ МОЗГ НУЖНО ГРАМОТНО ПРОЕКТИРОВАТЬ

Попытаемся сделать набросок теории интенсификации интеллекта, в основу которой положим два базовых понятия — знаки и предметы. В рамках предлагаемой модели человек рассматривается как биокибернетический робот-автомат, взаимодействующий со знаковой (информационной) и предметной (физической) средой обитания (рис. 141).

Тезис 1. (Модифицированный тезис Л. Выготского). Знаки — созданные человеком чувственно воспринимаемые социальные инструменты, единственное предназначение которых — управлять человеческим мозгом, а через него — человеческим телом, поведением и всей человеческой жизнью.

Тезис 2. Знаковое управление мозгом включает в себя две операции: проектирование мозга и программирование мозга. В первом случае изменяется нейростатическая конструкция мозга (конфигурация и характер межнейронных связей), во втором — меняется нейродинамическая внутримозговая информация.

Тезис 3. (Модифицированный тезис А. Полторацкого и В. Швырева). Предметы определяются как не-знаки. Проще говоря, все, что не является знаком, по определению является предметом.

Примерами знаков служат любые диосцены, книги, техническая и управленческая документация, информация на дисплеях, тексты программ, своды законов, показания приборов, произведения искусства, речь, мимика, деньги, музыка, украшения, игрушки, храмы. К предметам относятся девственная природа, дороги, станки, трубопроводы, микросхемы, а также все, что недоступно органам чувств: электромагнитные поля, атомы, электроны и т. д. В некоторых случаях знаки нельзя физически отделить от предметов. Например, телевизор — предмет, а изображение на экране — знак. Если телевизор выключить, знак исчезнет, а предмет останется.

Тезис 4. В мире нет ничего кроме предметов и знаков.

Тезис 5. Человеческая деятельность делится на предметную и знаковую. Используя предметные орудия (например, пилу, топор и рубанок), человек изменяет мир. Используя знаковые орудия (например, речь, молитву или язык программирования), человек изменяет собственный мозг и, следовательно, поведение.

Тезис 6. Человек — это животное, которое потенциально (благодаря особенностям генома) имеет возможность эффективно проектировать и программировать собственный мозг (с помощью специально созданных для этой цели социальных инструментов — знаков) и за счет этого многократно усиливать свои духовные, культурные, интеллектуальные и иные потенции и свойства. В настоящее время указанные возможности используются далеко не полностью из-за ошибочных представлений о сущности человека.

Основанием для разграничения знаковой и предметной среды обитания является тот факт, что первая из них играет неизмеримо более важную роль для формирования и развития интеллекта и духовной культуры человечества. Эту мысль выражает

Тезис 7. (Тезис Выготского о знаковой детерминации сознания и мышления, изложенный в форме метафоры). Интеллект, сознание и духовная культура людей на 99% определяются знаковой средой обитания и всего лишь на 1% — предметной средой обитания.

Тезис 8. Сенсорный приток S — поток информации о состоянии внешнего мира и человеческого тела, поступающий через рецепторные клетки органов чувств по нервным волокнам в мозг человека.

Тезис 9. Мозг М — биокомпьютер, обрабатывающий сенсорный приток S и управляющий работой эффекторов (мышц и желез), а через них — человеческим телом, поведением и всей человеческой жизнью.

Как отмечает Д. Сахаров, “в основании нейробиологии лежит простая, разумная и вместе с тем болезненно непривычная мысль, что нервная система — это информационное управляющее устройство, выполненное биологическими средствами”.

Тезис 10. Мозг М, как и весь организм, образуется из одной единственной первоклетки (зиготы) в процессе онтогенетического (индивидуального) развития под влиянием генома G и среды C:

Формула (1) представляет собой математическую модель, определяющую развитие целостного мозга, содержащего десятки миллиардов нейронов и триллионы межнейронных связей, из одной клетки — зиготы. Модель задана как функция двух переменных, аргументами которой являются генетический код (геном) и воздействия, поступающие из среды С (рис. 141).

Тезис 11. Среда С обитания человека структурно делится на четыре части: витагены В, травмогены Т, знаки Z и физиогены Ф:

причем перечисленные части образуют полный набор воздействий среды на человека.

Тезис 12. Витагены В — жизнеподдерживающий поток веществ, вводимых в организм в ходе обмена веществ, а также пригодные для жизни условия предметной среды (температура, давление и т. д.).

Тезис 13. Травмогены Т — негативные воздействия предметной среды на организм человека: травмы, ранения, ожоги, инфекции.

Тезис 14. Знаки Z и физиогены Ф — элементы знаковой и предметной среды обитания соответственно, воздействующие на рецепторы органов чувств, которые преобразуют их в сенсорный приток S:

Заметим, что витагены и травмогены влияют не на органы чувств, а на организм человека, причем их действие может быть либо позитивным или нейтральным (витагены), либо негативным (травмогены). Витагены, травмогены и физиогены — это не знаки, а предметы.

Из формул (1) и (2) получаем

Тезис 15. Смысл формулы (4) таков: все процессы, связанные с развитием мозга в результате деления зиготы, а также любые процессы, протекающие внутри мозга и нервной системы при любых видах деятельности (включая наиболее сложные виды интеллектуальной работы), полностью определяются квинтетом “царских переменных”, который включает геном, витагены, травмогены, знаки и физиогены. Согласно развиваемой модели, никакие другие причины (переменные) на развитие и деятельность мозга и интеллекта влияния не оказывают.

С биологической точки зрения любое поведение человека (будь то прогулка, работа за компьютером или игра на скрипке) есть не что иное как последовательность отдельных движений человеческого тела, причем в каждом движении участвуют тысячи эффекторов. Что же вызывает срабатывание эффекторов? При активации двигательных нервов в нервномышечном синапсе происходит выброс химического медиатора ацетилхолина, который передает мышце команду сокращаться.

Известно, что произвольные движения тысяч эффекторов (которые в своей совокупности образуют поведение П) выполняются по командам мозга М и нервной системы. Значит, поведение П есть функция процессов, происходящих в мозгу М:

Тезис 16. Смысл формулы (5) состоит в том, что поведение однозначно задается командами нервной системы: ни один эффектор не изменит свое состояние, если нервная система не выдаст нужную команду.

Из (4) и (5) получаем

Тезис 17. Формула (6) говорит о том, что любое сколь угодно сложное поведение человека определяется квинтетом царских переменных.

Предположим, что жизнеподдерживающие условия — витагены — находятся в норме (B ≈ const), а негативные воздействия — травмогены — отсутствуют (Т = 0). Кроме того, учитывая (3), две простые переменные (Z и Ф) можно заменить одной сложной — сенсорным притоком S. В этом случае формула (6) упрощается и принимает вид

Тезис 18. Формула (7) означает: если в среде обитания отсутствуют экстремальные условия, поведение человека зависит всего от двух переменных: генома и сенсорного притока.

Информацию в мозг поставляют два источника: геном и прижизненный чувственный опыт (далее — опыт). Нейробиологическим аналогом понятия “опыт” является интегральный сенсорный приток

где S(t) — мгновенное значение сенсорного притока;

t = 0 — момент зачатия и образования зиготы;

Т — текущий возраст человека, измеряемый от момента зачатия.

Таким образом, интегральный сенсорный приток (прижизненный опыт) — это полная информация, поступающая в мозг в течение прожитого отрезка жизни от зачатия до текущего возраста Т.

Понятие “опыт” охватывает информацию, поступающую в мозг от экстероцепторов1 и (по петле обратной связи) проприоцепторов2. Общее число сенсорных клеток (датчиков информации), включая интероцепторы3, измеряется сотнями тысяч4. Это сотни тысяч “пушек”, осуществляющих в течение всей жизни человека непрерывную “сенсорную бомбардировку” мозга и нервной системы, которая оказывает огромное влияние на поведение, жизнь и судьбу человека.

Громадный объем сенсорной информации в сочетании со сверхсложным механизмом экспрессии генетического кода и определяет кажущуюся “непостижимой” сложность человеческого поведения.

Тезис 19. (Модифицированный тезис В. Штерна и Ж. Пиаже).

Человеческий интеллект I — свойство мозга М, позволяющее человеку приспособиться к знаковой и предметной среде обитания:

Из (4) и (9) получаем

Тезис 20. Интеллект I любого человека определяется квинтетом царских переменных этого человека.

Повторяя рассуждения, изложенные в тезисах 17 и 18, получаем

Тезис 21. При отсутствии экстремальных условий человеческий интеллект I зависит от двух переменных: генома G и интегрального сенсорного притока S.

Если речь идет об уже родившемся конкретном человеке, не имеющем генетических дефектов (это означает, что геном G задан и находится в пределах нормы), из (11) вытекает

Тезис 22. Интеллект I является функцией сенсорного притока S:

Тезис 23. Чтобы улучшить качество человеческого интеллекта, необходимо улучшить качество сенсорного притока S.

Тезис 24. Из (3) и (12) следует, что интеллект I есть функция знакового и предметного (физиогенного) притоков:

Предположим, что физиогенный приток, поступающий в мозг от экстероцепторов и проприоцепторов, находится в пределах нормы. Имеется в виду, что онтогенетическое развитие человека в предметной среде обитания организовано разумно с учетом сенситивных (критических) периодов развития. При этих условиях справедлив

Тезис 25. Человеческий интеллект I есть функция интегрального притока знаковой информации, воздействующего на мозг в течение всей прожитой жизни от зачатия до текущего момента:

Тезис 26. Для любого новорожденного человека единственный путь к улучшению его интеллекта состоит в обогащении и улучшении качества знаков, потребляемых им на протяжении жизни. Особенно эффективным является синхронное поступление обогащенного знакового притока, передаваемого в мозг от экстероцепторов и проприоцепторов (например, при самостоятельном решении усложняющихся задач).

Тезис 27. Интеллектуальный приток Q — часть знакового притока Z, поступающая в мозг через зрительные, слуховые и кожные рецепторы и влияющая на умственную продуктивность человека.

Тезис 28. Поскольку тактильная (кожная) речь не используется при обучении зрячеслышащих, у последних интеллектуальный приток поступает в мозг преимущественно через зрительные и слуховые рецепторы.

Предположим, что интеллектуальный приток, направляемый в мозг через глаза и уши, распределяется между ними пропорционально числу зрительных и слуховых рецепторов, число которых у человека равно 253 млн. и 47 000 соответственно. Тогда справедлив

Тезис 29. Интеллект зрячих людей на 99,99% определяется зрительной знаковой информацией, в первую очередь — диоинформацией. Чтобы улучшить интеллект, нужно улучшить качество последней.

Тезис 30. (Принцип когнитивного диоинтерфейса). Чтобы система “человек—диоинформация” была эффективной и обеспечивала максимально возможную продуктивность мозга и интеллекта, нужно осуществить взаимную адаптацию человека и диоинформации. В частности, нужно проектировать диоязыки таким образом, чтобы согласовывать между собой когнитивно значимые оптические характеристики диоинформации и когнитивные характеристики человеческого глаза и мозга.

Согласование характеристик следует проводить таким образом, чтобы, во-первых, добиться максимально быстрого, точного, полного и безошибочного восприятия, понимания и усвоения знаний, во-вторых, решить эту задачу ценою минимальных интеллектуальных усилий со стороны человека, потребляющего диоинформацию.

Тезисы 31—33 были изложены ранее в гл. 5. Имеются в виду:

  • принцип симультанизации;
  • принцип зависимости эффективности восприятия от используемой доли поля зрения;
  • принцип приоритета целостного образа.

 

РАЗГАДКА ТАЙНЫ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ИНТЕЛЛЕКТА

Чтобы разгадать “главную тайну” человеческого интеллекта и мозга, нужно ответить на вопрос: в чем заключается принцип, определяющий связь между знаковой средой обитания человека и основополагающими элементами конструкции мозга?

Тезис 34. Основополагающими конструктивными элементами мозга следует считать гибкие межнейронные связи, поскольку именно они играют ключевую роль при запоминании новой информации и приспособлении к изменяющейся среде обитания.

Тезис 35. Фундаментальная роль знаков состоит в том, что они выполняют роль “хирургических инструментов”, изменяющих основополагающие характеристики мозга и, следовательно, служат первоисточником всех тех преобразований (и позитивных, и негативных), которые осуществляет человек, изменяя лицо планеты.

Тезис 36. Совершенствуя знаки (создавая новые научные теории, идеи и проекты, новые произведения искусства и более совершенные религиозные учения), человек совершенствует свой мозг и тем самым обеспечивает поступательное развитие цивилизации.

Тезис 37. Научившись конструировать, изменять, дорабатывать и улучшать знаки, человек тем самым научился конструировать, изменять, дорабатывать и улучшать свой собственный мозг, непрерывно увеличивая его интеллектуальное могущество. Ясно, что подобного рода “операции на мозге” не требуют ни скальпеля, ни вскрытия черепа, ибо осуществляются информационным путем — путем воздействия знаков на рецепторы органов чувств, которые передают в мозг нужную информацию.

Отсюда вывод: мозг — это глина, а знаки — пальцы скульптора. Чтобы у ребенка “вырос” наилучший мозг (какой только возможен при заданных генах), необходимо с момента рождения “кормить” его знаками наивысшего качества, учитывая критические (сенситивные) периоды онтогенетического развития.

Тезис 38. Механизм, посредством которого люди улучшают конструкцию мозга, таков. Сначала некоторый автор (производитель знаков) нарочно или случайно создает новые знаки. Затем потребитель знаков (в роли которого выступает не только другой человек, но и сам автор) воспринимает новые знаки с помощью своих органов чувств. При этом поток знаковой информации поступает в мозг, в котором при выполнении определенных условий происходят конструктивные изменения межнейронных связей. В этих дополнительных (вновь образованных) связях закодирована программа решения новых задач, которые раньше были непосильными для мозга.

Таким образом, умело проектируя знаки, мы умело проектируем мозг, придавая ему желаемые характеристики. И наоборот, неграмотное проектирование знаков дает в результате неграмотно спроектированный мозг.

Тезис 39. Творческая деятельность человека по созданию новой среды обитания делится на три этапа. Сначала люди придумывают новые знаки (например, теорию космических ракет), затем с их помощью изменяют свой мозг (появляются группы людей, освоивших новую теорию) и только после этого создают новые предметы (ракеты-носители и космические корабли).

Те же три этапа присутствуют и в более простых творческих задачах. Предположим, нужно создать новую машину, технологию или компьютерную программу. В исходный момент решение задачи неизвестно, стало быть, соответствующие связи в мозгу отсутствуют. Поэтому сначала (для того, чтобы “поумнеть”) человек непременно должен преобразовать свой мозг. Как это сделать? Прежде всего нужно найти, заимствовать, освоить или придумать новые знаковые комплексы. С их помощью человек посредством многочисленных итераций переделывает (улучшает) конструкцию своего мозга, делая его более “умным” и, следовательно, пригодным для выполнения новой сложной работы. И лишь на третьем этапе, опираясь на возросшую интеллектуальную мощь своего “улучшенного” мозга, человек решает проблему, т. е. создает новую машину, технологию или программу.

Подведем итоги. Главная мысль состоит в том, что интеллект есть функция знаков. Из этого вытекает, что мощь человеческого интеллекта зависит от качества знаковых комплексов, узоров и комбинаций, которые человеческий мозг получает от рецепторов органов чувств в течение жизни. Чем лучше характеристики знаков, тем оптимальнее порождаемые ими гибкие межнейронные связи мозга, тем выше скорость решения (мозгом) интеллектуальных задач. Значит, чтобы повысить качество человеческого интеллекта, необходимо обеспечить более высокое качество знаков, в частности когнитивное качество диоязыков и диоинформации.

Особенно важную роль для увеличения производительности мозга играет диоинформация. К сожалению, нынешние методы ее создания крайне неэффективны. Поэтому в подавляющем большинстве случаев она не удовлетворяет принципу когнитивного диоинтерфейса и тормозит интеллектуальную производительность людей.

Чтобы поправить дело, во всех когнитивно сложных случаях (а таких очень много или даже большинство) необходимо полностью или частично реализовать программу из трех пунктов:

  1. перейти от текстовых диосцен к изобразительным (трехэлементным — см. с. 326);
  2. увеличить формат диосцен в соответствии с принципом симультанного охвата поля зрения;
  3. при построении диосцен использовать строго определенный набор диосинтаксических правил, вытекающих из принципа когнитивного диоинтерфейса.

На наш взгляд, при производстве любой когнитивно сложной диоинформации принцип когнитивного интерфейса целесообразно рассматривать в качестве критерия научности. Это означает, что научным должно быть не только содержание знаний; форма их представления также должна быть научно обоснованной.

 

РАЗВИТИЕ И ИНТЕНСИФИКАЦИЯ ИНТЕЛЛЕКТА

Развитие интеллектуальных способностей и интенсификация интеллекта — существенно разные понятия. Различие между ними поясним с помощью мысленного эксперимента.

Предположим, два студента, имеющие в точности одинаковые интеллектуальные способности, решили сдать экзамен экстерном, изучив предмет самостоятельно, по учебнику. Первому студенту достался плохой учебник, путаный и трудный. Зато второй, наоборот, получил хорошую книгу, написанную ясным языком, где сложнейшие вопросы излагаются отчетливо, в наглядной и доходчивой форме. В результате первому студенту, очевидно, придется затратить на изучение предмета больше усилий и времени, скажем, сто часов, а другому — намного меньше, например пятьдесят часов. Если согласиться с этими цифрами (а они вполне правдоподобны), мы вправе сказать, что умственная производительность второго студента оказалась в два раза выше, хотя их интеллектуальные способности одинаковы.

Двукратное увеличение умственной продуктивности у второго студента по сравнению с первым произошло благодаря ясности и доходчивости учебного материала, т. е. за счет улучшения когнитивного качества учебника. Отсюда проистекает

Тезис 40. Интеллектуальная производительность человека R в процессе диопознания (т. е. при изучении и работе с научно-технической и учебной литературой, документацией и компьютерной диоинформацией) зависит от двух переменных: от его интеллектуальных способностей I и от когнитивного качества изучаемого материала L:

Тезис 41. Из (15) следует, что возможны два взаимодополняющих подхода к решению задачи увеличения интеллектуальной производительности человеческого мозга: улучшение интеллекта I и улучшение когнитивного качества диоинформации L.

 

ЗНАКОВАЯ И ПРЕДМЕТНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Весь объем информации, имеющейся на нашей планете, можно разбить на два больших класса:

  • доступную для восприятия с помощью человеческих органов чувств (назовем ее знаковой);
  • чувственно не воспринимаемую, т. е. недоступную для человека (назовем ее предметной).

К счастью, человек в большинстве случаев умеет преобразовать предметную информацию в знаковую и благодаря этому узнать все, что ему нужно. Например, информация, спрятанная в микросхемах процессора или на винчестере персонального компьютера, является предметной (невидимой), однако ее можно легко преобразовать в знаковую форму. Для этого достаточно вызвать ее на экран дисплея, распечатать на принтере, а в более сложных случаях — подключить осциллограф. Информация в памяти космического зонда, который бороздит звездные просторы где-то возле Сатурна, сама по себе также является предметной (недосягаемой для наших органов чувств). Однако, будучи переданной на Землю, она превращается в знаковую форму — либо в фотографию Сатурна, либо в диагностическое сообщение на экране: дескать, так и так, блок питания зонда дышит на ладан и скоро совсем загнется.

Следует уяснить, что знаковая и предметная формы информации — принципиально разные вещи. Бытующее среди специалистов по информатике стремление не различать и даже отождествлять эти формы (мол, это одна и та же информация!) является грубой методологической ошибкой. Эта ошибка “ослепляет” сознание и мешает сделать существенный для нас вывод, что продуктивность мозга сильно зависит от качества именно знаковой информации и совершенно не зависит от любых свойств предметной информации.

 

ЗНАКОВОЕ И ПРЕДМЕТНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ИНФОРМАТИКИ

Согласно классической точке зрения всю совокупность средств информатики принято разделять на аппаратуру (hardware) и программное обеспечение (software). Эта типология принесла немало пользы, однако сегодня не менее важно научиться различать предметное (objectware) и знаковое (signware) обеспечение информатики (рис. 142).

Предметное обеспечение охватывает все средства информационной технологии, которые относятся к классу предметов:

  • процессоры, память, дисководы, блоки питания, дисплеи с выключенным экраном и т. д.;
  • программное обеспечение во всех формах, когда его нельзя “увидеть и пощупать”.

К знаковому обеспечению относятся:

  • тексты и изображения на экране дисплея, а также бумажная продукция принтеров и графопостроителей;
  • научно-техническая и учебная литература и документация;
  • маркировки и другие обозначения на приборах и кабелях.

Для некоторых специалистов использование предметно-знаковой терминологии на первых порах оказывается довольно болезненным. Нужно научиться мысленно отделять текст или изображение на экране дисплея (знак) от самого дисплея, который является предметом. Надо осознать, что данные в оперативной памяти — это предметы, а те же самые данные на распечатке — это уже знаки.

 

ЗНАКОВАЯ И ПРЕДМЕТНАЯ ПРОГРАММА

Изложенные соображения позволяют сделать вывод, что основное понятие теории программирования — программа — является в высшей степени неудачным, неточным и дезориентирующим. Недостаток в том, что термин “программа” маскирует тот факт, что речь идет о двух принципиально разных объектах, между которыми нет почти ничего общего. Для обозначения этих объектов мы предлагаем термины “знаковая программа” и “предметная программа”.

Первая обычно имеет свое физическое бытие либо в виде написанного от руки черновика, либо текста на экране терминала, либо распечатки. Вторая может существовать в виде кодов в оперативной памяти, на магнитном либо лазерном диске, в виде массива данных, передаваемого по проводам и поступающего в схемы процессора.

Знаковая программа предназначена для управления деятельностью человека (но не машины), предметная — для управления компьютером (но не человеком). Если говорить более точно, знаковая программа служит для управления действиями автора программы или его коллег, которые пытаются изучить, понять, проверить, локализовать ошибку, вспомнить или модифицировать программу, а также для управления работой пользователя, который вводит программу в машину. Написанные на черновике символы программы, воздействуя на нейронные коды мозга, однозначно определяют последовательность движений (“кинетическую мелодию”) рук пользователя. В свою очередь движения пальцев преобразуются в механические перемещения клавиш и далее в электрические и магнитные сигналы.

Последние и представляют собой предметную программу, которая осуществляет непосредственное управление работой компьютера.

В связи с этим необходимо различать:

  • качество знаковой программы (знаковое качество),
  • качество предметной программы (предметное качество).

Качество предметной программы характеризуется, в частности, временем ее исполнения в машине и потребным объемом памяти. Критерием качества знаковой программы служат затраты энергии мозга (интеллектуальные усилия), необходимые для восприятия и понимания программы.

Чем лучше знаковая программа, чем она понятнее и доходчивее, тем меньше вероятность того, что в ней затаились скрытые ошибки, тем выше надежность предметной программы. Качество и интеллектуальная производительность труда программистов совершенно не зависят от предметного качества программы и всецело определяются знаковым качеством. Отсюда вывод: чтобы повысить продуктивность мозга разработчиков программ, необходимо повысить знаковое качество программного обеспечения.

 

ПЕРЕЛОМНАЯ ВЕХА В ИСТОРИИ ИНФОРМАТИКИ

В гл. 3, анализируя проблему “интеллектуальной конкуренции” человека и компьютера, мы убедились, что сегодня узким местом являются не машинные, а человеческие ресурсы, т. е. недостаточная производительность персонала. В этих условиях все больше авторов приходит к выводу, что из всего многообразия причин, влияющих на развитие информатики, человеческий фактор является решающим, приоритетным. Этот вывод, который можно охарактеризовать как принцип приоритета человека, означает признание того факта, что человек (заказчик, разработчик, программист, пользователь и т. д.) является центральным звеном любой информационной технологии. А раз так, то главным элементом теоретического фундамента информатики должна стать теория человека, человеческого интеллекта и человеческого мозга.

С учетом сказанного нельзя не согласиться с Н. Бьерн-Андерсеном, который считает, что традиционный подход к исследованию человеческого фактора в компьютерных системах является бесперспективным “до тех пор, пока приоритет не будет отдан человеческим и социальным ценностям, не удастся решить все те проблемы, которые встают сейчас в связи с разработкой и эксплуатацией информационных технологий”. В связи с этим сделаем ряд замечаний. Сам факт признания принципа приоритета человека мы склонны трактовать как переломную веху в истории информатики. До этого момента информатика (computer science, information science) рассматривалась как естественная и техническая наука, которая не имеет никакого или почти никакого отношения к человеку и его проблемам.

Принцип приоритета человека, согласно которому теория интеллекта и мозга должна стать главным элементом теоретических основ информатики, означает коренной пересмотр прежних взглядов, означающий, что информатика превращается в междисциплинарную науку, охватывающую два направления: техническую информатику и гуманитарную информатику. В связи с этим возникает острая необходимость в создании нового понятийного аппарата, общего для двух ветвей информатики, который естественным образом объединяет их в единое целое. Предметно-знаковая модель представляет собой искомый понятийный аппарат.

Нужда в таком аппарате велика. Глобальный процесс информатизации, качественно преобразующий социосферу земного шара, беспрецедентные масштабы интеллектуальной революции, вовлекающей в свою орбиту миллионы людей, делают проблему все более актуальной. Парадокс в том, что сегодня люди с нарастающей активностью “эксплуатируют” собственный мозг, толком не представляя механизмов его работы. В результате многие возможности мозга остаются неиспользованными. Чтобы улучшить экономические и иные показатели компьютерной революции, повысить ее интеллектуальную эффективность, надо, чтобы широкие массы специалистов были вооружены ясной руководящей идеей об устройстве собственного мозга. Жизнь властно требует простого, пусть не совсем точного, но непременно эффективного объяснения “тайны” человеческого интеллекта и мозга. Что толку без конца повторять, что мозг сложен, а психика еще сложней. Наука продвигается вперед, когда сложным явлениям удается найти простое и полезное объяснение.

Выше в форме тезисов мы предложили чрезвычайно простую (предметно-знаковую) концептуальную модель мозга и интеллекта, которая имеет ряд достоинств:

  • модель не противоречит никаким экспериментально установленным и признанным наукой фактам;
  • для некоторых из этих фактов, в частности, касающихся информатизации и интеллектуализации, она дает стандартный подход к их объяснению и пониманию;
  • она обладает прогностическими возможностями, позволяя выявить недостатки нынешнего процесса информатизации и указать пути их устранения;
  • модель указывает обоснованный путь к интенсификации интеллекта. Надо сосредоточить усилия на принципиально новой научной проблеме — разработке методов улучшения когнитивного качества знаковой информации, в первую очередь диоинформации;
  • модель является открытой для усложнения и наращивания.

 

ОДНОГЛАЗЫЕ МИССИОНЕРЫ, ИЛИ ЗАБРОШЕННОЕ ДИТЯ ИНФОРМАТИКИ

Специалистам по информатике принадлежит особая, выдающаяся роль в современном обществе. Они являются носителями идей информатизации, миссионерами новой компьютерной религии, которая на наших глазах изменяет лицо планеты, превращая ее в единое информационное пространство. Киберпространство (cyberspace) становится частью повседневной жизни миллионов людей.

Происходящий сегодня “сверхсинтез” сообщества людей и сообщества машин, приводящий к объединению людей и компьютеров с помощью локальных и глобальных систем связи, создает качественно новый феномен человеческой цивилизации, который называют по-разному: “глобальный гиперинтеллект” (А. Ракитов), “сверхинтеллект, охватывающий всю нашу планету”, “интегрированная система естественного интеллекта” (А. Урсул), “суперинтеллект в мировом масштабе” (Дж. Вакка), “разум человечества”, “центральная нервная система человечества” (В. Лищук), “коллективный интеллект” (Н. Моисеев).

Все это, разумеется, хорошо. Плохо то, что эти восторженные оценки прячут, маскируют чрезвычайно важную проблему, которая, к сожалению, остается заброшенной нищенкой на роскошном празднике глобальной информатизации. Как уже догадался читатель, речь идет о проблеме интенсификации интеллекта. Подобный перекос в общественном сознании становится опасным и далее нетерпимым. Пришло время поместить проблему повышения продуктивности мозга на подобающий ей царский трон и привлечь к ней пристальное внимание специалистов.

Всю совокупность приемов, используемых для повышения интегральной производительности систем “персонал—компьютеры”, разделим на две части:

  • сильно влияющие на творческую продуктивность человеческого мозга (назовем их когнитивными);
  • никак не влияющие на продуктивность мозга или влияющие слабо (назовем их служебными).

Служебными приемами являются:

  • автоматизация умственного труда (компьютеры берут на себя решение многих задач, освобождая мозг от необязательной работы);
  • создание локальных и глобальных компьютерных сетей, которые облегчают доступ к информации, доставляя ее в нужное место, именно к тому человеку, который в ней нуждается;
  • улучшение пользовательского интерфейса, включая графический интерфейс GUI (Graphic User Interface).

Первые два метода не влияют на продуктивность мозга, а третий влияет незначительно, так как облегчает решение лишь ограниченного круга второстепенных задач, связанных с навигацией по информационному пространству, работой с окнами, меню и т. д.

Служебные приемы не имеют никакого отношения к вопросу, который для нас является центральным: какой должна быть форма представления сложных профессиональных и учебных знаний, обладающая наивысшим когнитивным качеством? Проблема проектирования наилучшей формы представления знаний — это не служебная, а когнитивная проблема. Она-то и есть заброшенное дитя информатики. Появление в последнее время серьезных работ по визуализации представления знаний — шаг в правильном направлении, но он далеко не исчерпывает проблему. Принцип приоритета человека, признание важности проблемы максимизации мозговой продуктивности требует радикального пересмотра прежней позиции. Это значит: не ослабляя усилий по совершенствованию служебных методов и неуклонно наращивая их, вместе с тем центр тяжести исследований следует перенести со служебных методов на когнитивные.

 

КОГНИТИВНАЯ ПИСЬМЕННОСТЬ — НОВЫЙ СПОСОБ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ЗНАНИЙ

Изобретение письма явилось важнейшим событием в истории человечества. Тем не менее прежнее письмо уже устарело. Мы являемся свидетелями нового революционного изменения письменности, для которого характерны следующие особенности.

  • Одномерный словесный текст заменяется двумерной диосценой, что позволяет перейти от медленного сукцессивного восприятия к быстрому симультанному.
  • Одноэлементное письмо (содержащее только текст) заменяется оптимальным эргономичным сочетанием трех элементов (эргономичный текст + эргономичные формулы + эргономичные чертежи).

Ранее науки об оптимальном способе визуального представления знаний не существовало. Поэтому автор научной книги или учебника нередко выступал в роли “диктатора”, а читатель приспосабливался к нему, зачастую с трудом продираясь сквозь непролазные джунгли невразумительного словесного текста.

Изложенная выше модель направлена на научное обеспечение когнитивной письменности. При этом во главу угла ставится необходимость обеспечить максимальную производительность умственного труда читателя, нацеленного на восприятие, понимание и усвоение знаний. Знаки и знаковые комплексы (диосцены) предназначены прежде всего для взаимодействия с сенсорным и нейронным аппаратом человека. Человек и знаки образуют систему, элементы которой должны быть согласованы между собой. Поэтому новая письменность опирается на принцип когнитивного диоинтерфейса.

При когнитивном подходе ручной способ письма становится практически невозможным. Это объясняется тем, что когнитивная диосцена должна обладать очень точными характеристиками, обеспечивающими максимальную скорость понимания. Поэтому когнитивная письменность должна иметь компьютерную точность. Однако современные информационные технологии не годятся для этой цели — они слишком примитивны. Нужны новые технологии, значительно более сложные и дорогие. Известно однако, что стоимость — убывающая функция масштабов производства. Рано или поздно общество будет вынуждено перейти к массовому решению проблемы интенсификации интеллекта. Переход к массовому тиражированию когнитивных информационных технологий позволит снизить их стоимость, что создаст предпосылки для повсеместного использования когнитивной письменности. Этот момент обозначит вход в райский сад общедоступной суперинтеллектуализации, где, как мы надеемся, почти каждый сможет почувствовать себя “интеллектуальным суперменом”.

 

“КАСТРИРОВАННЫЙ” ИНТЕЛЛЕКТ

Однажды меня попросили нарисовать схему сложного процесса, спроектированного коллективом разработчиков. Каждый из них прекрасно знал свой кусок работы, но никто не владел картиной в целом. Я переговорил со специалистами, выяснил все необходимое и подготовил черновик схемы. Поскольку под рукой не было подходящего плоттера, схема была выполнена вручную чертежником. В итоге получилась бумажная простыня внушительных размеров — около двух метров в длину и полметра в высоту. Схема вышла неплохая — наглядная, удобная, отражающая все, что нужно, и не содержащая ничего лишнего.

Далее события развивались так. Заказчик решил “загнать” схему в компьютер: вызвал грамотного пользователя и дал ему поручение. Тот живо изуродовал схему: разрезал ее на двадцать частей, пронумеровал листы, обозначил переходы с листа на лист, снабдил их указателями для поиска нужной линии, ввел в персоналку, отпечатал на принтере формата А4 и переплел листы в аккуратную книжечку.

Увидев результат, я обомлел: наглядной и понятной схемы больше не было — целостный образ процесса бесследно исчез! Вместо него я обнаружил чудовище, представляющее собой набор невразумительных обрубков, сделанных по принципу: умрешь — не поймешь! Чтобы понять исходную бумажную простыню, требовалось десять минут, чтобы разобраться в двадцати обрубках — не меньше часа. Это значит, что производительность умственного труда при изучении схемы упала в шесть раз! Тот, кто знаком с проблемой, знает, что подобные перлы когнитивной безграмотности отнюдь не единичны — они встречаются сплошь и рядом. Парадокс в том, что люди уменьшают производительность умственного труда неосознанно, бездумно, по инерции, даже не догадываясь, какое когнитивное “преступление” они совершают.

При решении сложных интеллектуальных проблем человеку необходим целостный и одновременно детальный образ проблемы. Такой образ должен быть достаточно большим — его нельзя получить ни на экране современного персонального компьютера, ни на бумажных листах малого формата. Вспомним сказанное в гл. 5: чтобы увеличить продуктивность мозга, нужно строить такие диосцены, которые позволяют использовать богатейшие ресурсы симультанного восприятия. Если “прохлопать ушами” эту возможность, то мощные резервы человеческого интеллекта остаются невостребованными, и персонал обрекается на “частичную слепоту”. К великому сожалению, именно такова обычная практика массовой компьютеризации. Образно говоря, современное информационное общество, в котором доминируют компьютеры с небольшим экраном и принтеры формата А4 — это общество “кастрированного” интеллекта.

Еще одна проблема. Общеизвестно, что обучение по книгам отнимает у человека значительную часть его индивидуальной жизни, так как учебные и научные тексты слишком трудны для понимания. Установлено, что объем знаний, которые нужно усвоить, превышает возможности учащихся, состояние их здоровья ухудшается. Несмотря на это, современные учебники считаются научными. Так ли это? Ведь “научность без доступности теряет смысл... Непонятные сведения загромождают ум, ибо человек не может ими пользоваться. Непонимание учебного материала вызывает чувство бесполезности учебы”. Еще в начале века Н. Рубакин писал: поскольку нет восприятия, постольку нет и содержания. Не понимая этого, авторы книг тратят впустую 9/10 своих сил, труда и времени.

Если наша мысль верна, придется признать, что текстовые учебники, издаваемые на всех континентах в сотнях миллионов экземпляров, устарели (не по содержанию, а по форме представления знаний), ибо в значительной мере игнорируют принципы симультанизации и когнитивного диоинтерфейса, которые мы считаем научно обоснованными. На наш взгляд, учебник только тогда можно назвать научным, если научное содержание облечено в научно-обоснованную форму. Но сегодня этого, как правило, нет. Нынешняя форма представления учебных материалов слишком часто тормозит или даже препятствует усвоению знаний и, следовательно, является скорее “антинаучной” (точнее, донаучной).

Если принять наше предложение и признать принцип когнитивного диоинтерфейса критерием научности, в итоге получим, что знаковое обеспечение науки во многих случаях почти полностью лишено научного обоснования. Налицо парадокс: наука является объективным знанием в знаковой форме, однако эта форма не удовлетворяет критерию научности. Таким образом, в самом сердце науки сохраняется донаучный стиль мышления. Данная работа представляет собой осторожную и вместе с тем решительную попытку поставить под сомнение господствующие, повсеместно распространенные, но устаревшие стереотипы научного мышления и предложить альтернативный подход под названием “проектоника” (designomics).

 

ЧТО ТАКОЕ ПРОЕКТОНИКА?

На протяжении всей книги мы подчеркивали, что научной основой выдвигаемых положений и методов является когнитивная эргономика. В этом есть определенная условность, так как наука о человеческих факторах (эргономика) не является наукой в строгом смысле слова, а представляет собой весьма полезное, но явно недостаточное объединение частных теорий, экспериментальных фактов и соображений здравого смысла. Эргономика во многом опирается на психологическую науку, а последняя в ее нынешнем виде представляет собой совокупность конкурирующих концепций, плохо связанных между собой, постоянно вступающих в “драку” с нейробиологией и неспособных образовать целостную и непротиворечивую картину.

Впрочем, дело даже не в эргономике или каких-то частных недостатках психологии и когнитивной науки. Причина гораздо глубже и состоит в том, что современное человекознание (включая когнитивную науку, биологию, нейробиологию, психологию, эргономику, философию, антропологию, социологию, культурологию и т. д.) не располагает удовлетворительной теорией человека, человеческого мозга и интеллекта. Кроме того, в литературе все чаще звучит критика “психологических концепций, сложившихся в докомпьютерную эпоху”.

Учитывая эти и другие соображения, автор пришел к выводу о необходимости разработки нового направления междисциплинарных исследований — проектоники.

Само собой разумеется, что проектоника как законченная система знания пока еще не существует. Речь идет всего лишь о проекте будущей науки, точнее, о едва намеченном замысле. С учетом этих оговорок проектонику можно определить как теорию интенсификации человеческого интеллекта. Вероятно, в ее состав должна также войти прикладная теория проектирования систем “человек—диоинформация” (человек—знание), примеры которых показаны на рис. 139. Предлагаемую книгу можно рассматривать как самое предварительное изложение идей проектоники. Тезисы, изложенные в данной главе (после уточнения, доработки, развития и детализации) могли бы послужить ориентировочной основой для построения теоретической части проектоники. Многочисленные примеры, разбросанные на страницах книги, призваны подтвердить правильность и перспективность выдвигаемых теоретических положений.

 

ПРОЕКТОНИКА И ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ

Укажем различия между проектоникой и искусственным интеллектом. Как известно, “человеческий мозг является обязательным объектом исследования в искусственном интеллекте”. С какой целью искусственный интеллект занимается изучением мозга? Ответ очевиден: узнав секреты естественного интеллекта и мозга, их можно использовать для создания искусственных умных машин, т. е. “автоматизированных систем, выполняющих те же функции, что и творческая личность, во всяком случае, в их простейших проявлениях”.

Легко заметить, что уже сама постановка вопроса о целях искусственного интеллекта как научной теории содержит пробел. В самом деле, изучая человеческий мозг, эта теория даже не пытается использовать с таким трудом полученные ценнейшие сведения о мозге для повышения интеллектуальной производительности... самого человеческого мозга. Справедливости ради следует сказать, что наиболее дальновидные специалисты по искусственному интеллекту хорошо понимают нелепость такого положения, признавая, что “в действительности именно человек является основным объектом изучения”. В частности, Жан-Луи Лорьер полагает, что со временем “программы искусственного интеллекта будут иметь самостоятельную ценность независимо от современных компьютеров”. Но что значит самостоятельную ценность? Для каких полезных целей могут быть использованы программы искусственного интеллекта, если брать их “независимо от современных компьютеров”? Лорьер, как впрочем и другие специалисты по искусственному интеллекту, даже не пытается ответить на вопрос.

Этот недостаток устраняет проектоника, которая ставит во главу угла вопрос о наращивании умственной продуктивности именно человеческого мозга, используя для решения этой задачи достижения как человекознания, так и искусственного интеллекта.

В некотором смысле можно сказать, что искусственный интеллект и проектоника (предметом которой являются естественный интеллект и методы повышения его эффективности) — это два ствола одного дерева, растущие из общего корня. Обе теории черпают исходные данные из одного и того же источника, тщательно анализируя добытые наукой факты о работе человеческого мозга и интеллекта. Однако используют эти факты существенно по-разному. Искусственный интеллект хочет, чтобы поумнели машины, а проектоника — чтобы поумнел человек. Искусственный интеллект стремится улучшить представление и обработку знаний в компьютере, проектоника пытается поставить и решить ту же проблему по отношению к человеческому мозгу. Искусственный интеллект уподобляет машину человеку, пытаясь наделить ее “интеллектом”. Проектоника, наоборот, ради исследовательских целей уподобляет человека машине, желая понять законы и алгоритмы функционирования мозга как биокомпьютера и, самое главное, сделать эти алгоритмы более продуктивными. Само собой разумеется, что две теории не противоречат друг другу и являются взаимодополняющими.

 

ОСОБЕННОСТИ ПРОЕКТОНИКИ

А теперь поднимем уровень обсуждения. Сверхзадача развиваемой теории состоит в том, чтобы прояснить вопрос: что нужно для эффективного и гармоничного управления деятельностью человека и жизнью общества? Ответ гласит: управление человеком и обществом всегда осуществляется через воздействие на мозг человека, поэтому для более эффективного управления нужны более эффективные знаки, знаковые системы и комплексы.

На наш взгляд, почти все неприятности предыдущего этапа развития цивилизации объясняются тем, что процесс создания знаковой среды обитания (и, следовательно, процесс конструирования человеческого мозга) протекал стихийно, методом проб и ошибок, т. е. крайне неэффективно. Причина в том, что традиционная наука, являясь весьма удачным инструментом для проектирования предметной среды обитания людей, почти не имеет концептуальных средств для системного проектирования знаковой среды обитания. Теория проектирования высокоэффективных систем “человек—знание” представляет собой белое пятно на карте науки. Вследствие этого знаковое обеспечение современной цивилизации в значительной степени лишено научного обоснования.

Отсюда вытекает, что традиционные методы управления развитием цивилизации следует признать устаревшими. Они не учитывают то фундаментальное влияние, которое знаки оказывают на человеческий мозг и человеческое поведение, что во многих случаях делает развитие событий непредсказуемым и опасным. Иными словами, традиционный путь не дает гарантий предсказуемого, гармоничного, успешного и устойчивого развития мирового сообщества народов и в этом смысле исчерпал себя. Чтобы сделать человеческую деятельность гарантоспособной, необходимо перейти от стихийного знакотворчества к научно обоснованному проектированию знаковой среды обитания людей. В первую очередь это относится к разработке знакового обеспечения научной, технической, производственной, управленческой, учебной, медицинской, воспитательной, пенитенциарной, государственной и других важнейших видов деятельности.

В качестве первого шага можно взять уже имеющийся задел, созданный в рамках эргономики при проектировании средств отображения информации, т. е. перенести опыт, накопленный при создании систем “человек—техника”, применив его к проектированию систем “человек—знание”. Однако системы “человек—знание” отличаются качественным своеобразием, так что простой перенос идей невозможен. В особенности это касается знакового обеспечения сложных творческих задач, решаемых большими коллективами ученых, специалистов и программистов при разработке крупномасштабных технических и социальных проектов и технологий. В этом случае проблема приобретает качественно новый междисциплинарный характер, акцент переносится на проблему интенсификации интеллекта, которая требует принципиально новых подходов и методов. Таковы объективные предпосылки для выделения проектоники в самостоятельную область научных исследований.

 

МИРОИНФОРМАЦИЯ И МИРОИНТЕЛЛЕКТ

Каким образом можно повысить умственную продуктивность не только отдельного человека, но и всего человеческого общества?

Тезис 42. Мироинформация (мировая диоинформация) — полный объем диоинформации, созданной всем человечеством, включая компьютерную диоинформацию, профессиональную и учебную литературу, книги и документацию. Суть в том, что мировая диоинформация является мощным средством познания окружающего мира и важнейшим элементом социальной памяти человечества, имеющим уникальные когнитивные свойства. Поэтому она во многих случаях оказывает определяющее влияние на такие глобальные интеллектуальные характеристики, как интеллектуальная производительность и интеллектуальные возможности населения.

Тезис 43. Мироинтеллект (мировой разум) — совокупный интеллект коллективного мозга всего человечества.

Тезис 44. (Принцип детерминации мироинтеллекта). Среди многих факторов, влияющих на развитие и интенсификацию мироинтеллекта, мироинформация является главным, ключевым.

Чтобы убедиться в этом, полезно задать вопрос: что произойдет, если диоинформация внезапно и навсегда исчезнет с лица нашей планеты? Ответ очевиден: погаснут экраны дисплеев, замрут принтеры и плоттеры, факсы, ксероксы и печатные станки. Исчезнет письменность, и люди навсегда разучатся читать и писать. Учреждения и банки, заводы и стройки — все остановится и канет в небытие. Цивилизация исчезнет. Это означает, что современная интеллектуальная жизнь и современный интеллект перестанут существовать.

Из принципа детерминации мироинтеллекта вытекают важные следствия. Прежде всего отметим, что сегодня, как и тысячи лет назад, процесс когнитивного развития мироинформации не имеет научной основы и осуществляется стихийно, методом проб и ошибок, что серьезно тормозит развитие мироинтеллекта.

Чтобы устранить недостаток и серьезно улучшить работу ума, необходимо рассматривать мироинформацию как:

  • одно из важнейших понятий современной науки;
  • самостоятельный объект научного исследования;
  • объект управления, причем целью управления является улучшение (развитие и интенсификация) мироинтеллекта, достигаемое путем улучшения когнитивного качества (эргономизации) мироинформации.

Решение этой проблемы является одной из перспективных задач проектоники.

 

СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ ИНИЦИАТИВА

Развитие идей проектоники создает условия и стимулы для осуществления крупномасштабной реформы интеллектуального труда “Стратегическая интеллектуальная инициатива”. Реформа должна быть комплексной и всеобщей, охватывая интеллектуальный труд в области науки, техники, образования, управления, экономики, политики, идеологии, а также в армии, службах безопасности и т. д. Она должна проводиться на основе метода когнитивно-эргономического проектирования мироинформации, совершенствования диоязыков, развития когнитивных информационных технологий.

Цель реформы — качественным образом улучшить мощь и могущество мироинтеллекта, резко увеличить его возможности, чтобы привести их в соответствие с принципиально новыми задачами немыслимой прежде сложности, которые встают сегодня перед мировой цивилизацией и требуют неотложного решения.

Для предварительного обсуждения можно предложить программу реформы из 20 пунктов, имея в виду, что этот перечень заведомо не полон и должен быть скорректирован и расширен по результатам обсуждения и критики.

  1. Развертывание фундаментальных и прикладных исследований для организации научного обеспечения реформы. Резкое расширение программы исследований человеческого интеллекта и мозга. Тщательно продуманная координация этих исследований с изучением системы “мозг—мироинтеллект—мироинформация”.
  2. Формирование новой научной и учебной дисциплины, ориентированной на решение проблемы интенсификации интеллекта.
  3. Формирование нового (когнитивного) мировоззрения в области интеллектуализации и информатизации общества.
  4. Внесение соответствующих изменений в учебные программы системы образования, включая подготовку кадров государственной службы и международных организаций.
  5. Подготовка специалистов и создание организационных структур, способных обеспечить практическую реализацию реформы интеллектуального труда и добиться существенного роста эффективности интеллекта на индивидуальном, локальном и глобальном уровнях.
  6. Разработка нового поколения когнитивных информационных технологий, цель которых — максимизация продуктивности человеческого мозга.
  7. Разработка когнитивных диоязыков, когнитивных компьютеров, программного обеспечения, сетей и средств телекоммуникации, обеспечивающих переход к массовому использованию когнитивной письменности в интересах улучшения интеллекта.
  8. Создание нового полиграфического оборудования для выпуска когнитивных книг и периодических изданий, основанных на принципах когнитивной письменности для улучшения работы ума.
  9. Разработка когнитивных компьютерных издательских систем, включая новое поколение когнитивных текстовых, графических и формульных редакторов для усиления социального интеллекта.
  10. Переподготовка авторов книг и редакционно-издательских работников, обучение навыкам эргономизации и создания когнитивной научной, учебной и деловой литературы.
  11. Использование когнитивных форм обучения в школах, лицеях, колледжах и университетах, выпуск когнитивных учебников и учебных пособий для интенсификации интеллекта.
  12. Переподготовка персонала, в частности, специалистов по информатике, которые должны овладеть когнитивной культурой.
  13. Эргономизация диодокументации на любые продукты и изделия, включая программное обеспечение. Создание новых (когнитивных) форм документации, обеспечивающих улучшение работы ума.
  14. Изменение способов представления информации в науке, технике, образовании, управлении, на производстве и в других сферах профессиональной деятельности, использование когнитивных форм представления диоинформации для облегчения умственной работы.
  15. Организация консультационных пунктов для ученых, специалистов, соискателей, работников образования, помогающих овладеть методами когнитивного представления научных проблем, научных работ, докладов, диссертаций, учебников и учебных пособий.
  16. Внедрение когнитивной письменности в органах государственной власти: Администрации Президента, Правительстве, Государственной Думе, Совете Федерации, министерствах и ведомствах, региональных органах власти и управления.
  17. Создание когнитивных зданий, кварталов, городов и территорий для интеллектуализации населения.
  18. Переработка существующих национальных и международных стандартов, определяющих порядок производства и визуального представления любых форм научной, профессиональной, служебной и учебной диоинформации, включая компьютерную, книги и документацию; создание когнитивных стандартов.
  19. Аттестация и сертификация когнитивного качества информационных товаров и услуг, в первую очередь диоязыков, информационных технологий, учебников, руководств и т. д. Организация международной системы когнитивной аттестации и сертификации.
  20. Разработка и внедрение новых форм интеллектуальной деятельности в науке, технике, управлении, экономике, политике, экологии, других сферах деятельности, чтобы кардинально увеличить мощь и могущество человеческого интеллекта и тем самым обеспечить выживание человечества и устойчивое будущее цивилизации.

 

* * *

Интеллект, понимаемый как полная совокупность возможностей мозга, есть единственное средство, озаряющее человеческий путь во мраке мироздания. Это единственный инструмент, которым располагает человек, чтобы обезопасить себя от нежелательных последствий своей планетарной деятельности, единственное средство, способное спасти цивилизацию от нарастающего системного кризиса (экологического, демографического, энергетического и т. д.). Однако нынешний уровень мироинтеллекта слишком низок, слаб и недостаточен для решения задачи. Поэтому нужно кардинальным образом усилить его возможности. Другого пути просто нет.

Отсюда вытекает лозунг стратегической интеллектуальной инициативы: “Устойчивое развитие и процветание цивилизации — через интенсификацию интеллекта!”

Comments (0)

You don't have permission to comment on this page.